Соотечественники

Как преодолеть сегрегацию?

Петров М. В.,
Русский институт, Эстония

Прописные истины: теория

Около 25 миллионов русских на постсоветском пространстве оказались в положении фактических заложников, русской карты, если хотите, которую бывшие национальные окраины разыгрывают тогда, когда нужно оказать соответствующее политическое или экономическое давление на Россию. Между тем многие из наших соотечественников в бывших союзных республиках, например, в Латвии и Эстонии живут в юридической ситуации, которая вполне может быть описана в терминах сегрегации.

Термин сегрегация (позднелатинское segregatio — отделение) обозначает принудительно поддерживаемое государством и обществом разделения расовых групп населения. Указание единственно на расовые различия, служащие причиной отделения, сегодня безнадёжно устарело. Мы уже столкнулись с политическими режимами, в которых разделение осуществляется не по расовому даже принципу, а гораздо уже — по принципу jus sanguinis — праву крови, подкрепленному правопреемственностью гражданства.

Сегрегация всегда сопровождается дискриминацией той группы населения в государстве, которая подпадает под определение расового, национального, религиозного или культурного меньшинства. Сегрегация проявляется в двух, взаимно дополняющих друг друга формах — институциональной и территориальной.

Институциональная сегрегация осуществляется путем создания параллельных общественных институтов, из которых важнейшими являются:
1.    система дошкольного воспитания;
2.    система школьного (гимназического) образования;
3.    система профессионального образования;
4.    система высшего образования:
5.    система средств массовой информации.

Прописные истины: практика

Параллельное существование двух, непересекающихся информационных полей весьма показательно. В Эстонии уже давно нет русской прессы ни на общегосударственном уровне, ни на местном. Есть пресса для русских, ретранслирующая нам эстонскую ментальность в весьма скверном переводе с государственного языка. Таков, например, тандем Первого Балтийского канала и еженедельника «Московский комсомолец — Эстония». Последний, кстати, не скрывает своего тесного сотрудничества с Охранной полицией Эстонии, а в феврале 2006 года сразу двое сотрудников еженедельника были удостоены государственных наград.

В контексте институциональной сегрегации должны быть названы и некоторые защитные государственные меры от проникновения чужаков из параллельных структур. Так, для лиц, натурализованных в гражданстве Эстонской Республики, существуют фактические ограничения на вступление в различные профессиональные сообщества, например, в адвокатуру. В нынешнем составе Академии Наук Эстонской Республики нет ни одного русского академика. Успешно используется языковой барьер, устанавливающий жёсткие требования даже к таким непритязательным профессиям, как уборщик или продавец на рынке. Например, уже ни у кого не вызывает иронической улыбки конкурс на замещение должности грузчика в обыкновенном супермаркете микрорайонного масштаба, торгующем продуктами с ограниченным сроком годности.

Вот ещё два показательных примера. Председатель правления молодежного объединения «Здесь» Игорь Иванов убежден, что интеграция не дала никаких результатов. «До сих пор две общины существуют порознь, — заявил недавно Иванов информационной телепрограмме «Актуальная камера» — Это можно отчасти назвать дискриминацией». По словам участника конференции о возможностях работы и учебы для русской молодежи Марка Сирыка, русской молодежи дается очень мало полезной информации. «О чем говорят русской молодежи? Об очистке игл для шприцов, алкоголе и бесплатных презервативах», — констатировал Сирык.

В том же русле лежат ограничения в праве передвижения. Несмотря на то, что будто наметились некоторые послабления, но все равно лица, имеющие постоянный вид на жительство в Эстонии, не могут пребывать за её пределами долее полугода под угрозой лишения вида на жительство.

Есть тенденции, которые позволяют с определенностью говорить о том, что вместе с институциональной сегрегацией практикуются меры территориальной изоляции. Таковы умирающие города и поселки Северо-востока. Безработные шахтеры, члены их семей лишены возможности сменить место жительства, потому что жильё в их регионе практически ничего не стоит, чиновниками откровенно саботируются программы переобучения и трудовой миграции, расхищаются выделенные на обучение государственному языку средства и т. д.

  • Страницы:
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4